Tags: Знаменитости

Год последней надежды. Эди Седжвик

В безрадостное время пребывания в клинике Эди познакомилась с другим ее пациентом - Майклом Бреттом Постом. Они подружились, и трогательный роман неожиданно завершился свадьбой в июле 1971 года. Казалось, в жизни Седжвик вновь появился смысл. Ее выписали под присмотр Джона Палмера, продюсера и хорошего приятеля Поста. Эди решила во что бы то ни стало завершить работу над «Чао, Манхэттен!». Она начала методично записывать свои размышления о пережитом на диктофон. Позже часть записей действительно вошла в фильм. Благодаря драматичному сюжету и живым, подлинным переживаниям Эди картина получилась пронзительной.

Эди Седжвик
Кадр из фильма «Чао, Манхэттен!» (1972)

Замужество благотворно повлияло на Эди. Она забыла о наркотиках, богемных вечеринках и превратилась в добропорядочную домохозяйку. Но в октябре 1971 года, через несколько месяцев после свадьбы, ее начали мучить боли непонятного происхождения и приступы сильного кашля. Скорее всего это были последствия былой наркотической зависимости и постоянного курения. Врачи прописали ей болеутоляющее, а также барбитураты - в качестве мощного снотворного. Эта вынужденная мера, по-видимому, и привела к роковому исходу. С каждым месяцем зависимость от лекарств становилась все сильнее, к тому же Эди снова пристрастилась к выпивке. Она стала раздражительной, нередко лгала, что потеряла таблетки - чтобы получить очередную дозу, мешала лекарства с алкоголем, курила сигареты пачками.
15 ноября 1971 года Эди отправилась в Музей Санта-Барбары на модный показ, а после попала на вечеринку, где поссорилась с одним из гостей - он назвал ее наркоманкой. Эди разнервничалась, позвонила мужу, рыдала в трубку... Майкл приехал через полчаса и отвез жену домой. Эди была в истерике и всю дорогу безудержно оплакивала свою ничтожную жизнь и множество совершенных ею непоправимых ошибок.
Усталый и рассерженный Майкл, чтобы поскорее прекратить эти бурные излияния, дал ей предписанную врачом дозу снотворного. Эди быстро заснула, но сон ее был неспокойным, а дыхание - хриплым и прерывистым. Майкл не придал этому большого значения, списав все на расшатанные нервы и злоупотребление курением.
Утром Майкл обнаружил, что Эди не дышит... Следователь, занимавшийся делом Седжвик, так и не смог установить, что стало причиной смерти - самоубийство или несчастный случай. В полицейском протоколе осталась сухая формулировка: «Передозировка барбитуратами на фоне отравления этанолом».
Скромная траурная церемония прощания с Эди Седжвик прошла на маленьком кладбище «Оук Хилл» в Калифорнии, куда приехали семья Эди и ее самые близкие друзья. Над могилой установили простое надгробие с надписью «Эдит Седжвик Пост - жена Майкла Бретта Поста».


Явление Музы. Эди Седжвик.
Художник без границ. Эди Седжвик
Боль в наследство. Эди Седжвик.
promo mor77 january 27, 2014 12:02 10
Buy for 20 tokens
Утром позвонила дочка. У них в подъезде с самого утра был не просто скандал, а драка. Сосед Генка отмотылял соседа сверху. Правильно и сделал, я считаю. А все было так... Маринка, соседка, заботливая мама, детей утром в школу и ясли собирала. Старшего собрала и отправила к подъезду ждать, пока…

Рождество в кругу семьи. Эди Седжвик.

В конце 1966 года Эдит Седжвик неожиданно приехала в Санта-Барбару на родительское ранчо. Семейство было обескуражено внезапным визитом, ведь последний раз Эди видели здесь еще девочкой. Ее брат Джонатан вспоминал: «Она походила на разукрашенную куклу с макияжем а-ля женщина-вамп. Эди шатало из стороны в сторону, она была вялой и подавленной. Если ей вдруг хотелось запеть, она пела... Но пела скверно, мимо нот - видимо, была под наркотой... От всего этого нам было как-то не по себе».

Эдит Седжвик
Кадр из фильма «Чао, Манхэттен!» (1972)

Годы разгульной жизни и увлечение наркотиками давали о себе знать. Однако Эди продолжала глотать таблетки горстями, всеми силами стараясь забыться, уйти от навязчивых мыслей. Положение усугублялось психической нестабильностью Эди. Родители были не на шутку встревожены состоянием дочери. Однажды вечером у Эди резко поднялась температура, ухудшилось самочувствие, и ее решили показать докторам, а те уговорили Эди отправиться в психиатрическую клинику.
Но ни курс лечения, ни увещевания врачей и близких не помогли. Эди вернулась на Манхэттен в отель «Челси» - все к той же разрушительной жизни, которую вела прежде.
Collapse )

Гром среди ясного неба. Эди Седжвик

После ухода с «Фабрики» Эди поселилась в одном из номеров гостиницы «Челси», где частым и самым любимым гостем стал Боб Дилан. Похоже, музыкант всерьез увлекся ею. Свои лучшие песни «Just Like a Woman» и «Leopard-Skin Pill-Box Hat» Дилан посвятил Эди Седжвик. Именно она вдохновила его на создание целого альбома «Blonde on Blonde», выпущенного в 1966 году. Этот сборник завершил знаменитую трилогию («Bringing It All Back Ноте», «Highway 61 Revisited», «Blonde on Blonde»), которая вошла в золотой фонд мировой рок-музыки. Поклонники и музыкальные критики безоговорочно признали «Blonde on Blonde» вершиной творчества Дилана.

Эди Седжвик: кадр из фильма «Чао, Манхэттен!» (1972)

Боб Дилан обещал превратить Эди в настоящую звезду, чей блеск затмит все то, что сделал Уорхол. Чувства переполняли Эди. Она проводила много времени в студии звукозаписи, повсюду неотступно следовала за Диланом.
Collapse )

Встреча с легендой. Эди Седжвик

Боб Дилан на тот момент уже стал культовой фигурой в мире музыки. В его песнях отразились настроения целого поколения – бунтарский дух и неутолимая жажда свободы. Разносторонне одаренный, он не только создавал тексты и музыку своих песен, но и отлично рисовал, снимался в фильмах, писал книги.

Боб Дилан - молодой, но уже известный музыкант (1964)

Седжвик и Дилан были наслышаны друг о друге и испытывали взаимный интерес. Как-то раз Боб позвонил Бобби Ньювирту и попросил познакомить его с Эди. Тем же вечером Эди вошла в его дом. Позже Боб Дилан так вспоминал их первую встречу: «Это было под самое Рождество: весь день шел снег, и повсюду горели огоньки. Мы отправились в бар "Кетл Фиш" на Макдугал-стрит - в 1960-е это было одно из самых тусовочных мест. Вечер пролетел незаметно за непринужденным трепом, шутками и коктейлями. Мы потрясающе провели время. Эди оказалась фантастической женщиной...»
Collapse )

Законодательница мод. Эди Седжвик

Седжвик стала признанной законодательницей мод. Стоило ей сменить имидж - обрезать роскошные каштановые локоны и перекраситься в платиновую блондинку, - как публика тут же заговорила о ее утонченном вкусе и чувстве стиля. Ее новый наряд - короткое платье, черные колготки и огромные серьги до плеч - завораживает мужчин и вызывает зависть женщин. Ей стремятся подражать, ее боготворят.

Сиенна Миллер и Гай Пирс в художественном фильме про Эди и Энди (2006)

Сиенна Миллер и Гай Пирс в художественном фильме про Эди и Энди (2006)

Однако Уорхола привлекала не только красота девушки. «В ней была поразительная пустота и восприимчивость, что делало ее отражением интимных фантазий любого мужчины. Она могла быть всем, чем захотите, - девочкой, женщиной, умной, глупой, богатой, бедной - всем, чем угодно. Она была чудесным, прекрасным чистым листом», - восторженно говорил Энди.

Collapse )

Явление Музы. Эди Седжвик.

Один из завсегдатаев «Фабрики» Дании Филдс как-то сказал: «Эди просто великолепно вписалась в нашу тусовку. Она обладала удивительным талантом - притягивать к себе самых неординарных людей, таких как Чак или Энди. Она была настоящей мечтой поэта. Большинство здешнего народа были геями, но влюблялись в нее на полном серьезе. И она заставляла их ощутить себя настоящими мужчинами. Она легко притворялась слабой, и тогда они чувствовали свою силу. А еще Эди была необычайно красива, это признавали все».

Энди и Эди на съемках одного из фильмов Уорхола (1965)

Уорхол стал уделять Эди больше внимания, чем кому бы то ни было. Он постоянно снимал ее на камеру и как-то раз предложил ей принять участие в одном из своих фильмов. В то время он работал над лентой «Винил» по мотивам романа Энтони Берджесса «Заводной апельсин». Несмотря на то что все персонажи были мужскими, Уорхол нашел роль и для новоиспеченной музы.

Collapse )

Художник без границ. Эди Седжвик

Таким человеком оказался Энди Уорхол - эксцентричный американский художник со словацкими корнями, большой оригинал. Список его талантов был внушителен: дизайнер и издатель журналов, продюсер и режиссер, писатель и коллекционер, признанный король поп-арта и гений провокации. Пожалуй, самые известные его картины - «Банки супа "Кэмпбелл"», «Зеленые бутылки кока-колы» и, конечно же, аллегорический «Диптих Мэрилин», написанный после смерти Мэрилин Монро.

Энди Уорхол и Эди в фильме «Чао, Манхэттсн!» (1972)

Еще в 1950-е годы Уорхол громко заявил о себе как иллюстратор популярнейших журналов «Vogue» и «Harper's Bazaar». Начиная с 1960-х он уже сотрудничал в качестве художника и фотографа с такими звездами, как Элизабет Тейлор, Джим Моррисон и Элвис Пресли. Тогда же в поисках нового способа выражения своих художественных идей он стал создавать собственные фильмы. Правда, рассчитаны они были на весьма специфического зрителя.
Collapse )

Боль в наследство. Эди Седжвик.

Врачи недаром предупреждали Фрэнсиса о плохой наследственности. Один из старших братьев Эди, Бобби, - учился на втором курсе Гарвардского университета, когда с ним случился первый нервный срыв. Прямо из общежития его в смирительной рубашке доставили в психиатрическую лечебницу «Элиот Хаус». После лечения он вернулся в Гарвард, но припадки повторялись снова и снова, и его пришлось надолго поместить в клинику для душевнобольных «Сильвер Хилл». Но полностью восстановить его душевное здоровье врачам не удалось. Во время очередного нервного срыва Бобби не справился с управлением мотоциклом и на полном ходу врезался в автобус. Через две недели он скончался.

«Чао, Манхэттен!»: история Эди, рассказанная ею самой (1972)

Другой брат Эди, Минти, к пятнадцати годам умудрился стать алкоголиком. Родители направили его на принудительное лечение в тот же «Сильвер Хилл», где совсем недавно лечился Бобби. Выйдя из больницы, Минти держался несколько лет, но потом опять взялся за старое. Осенью 1962 года Минти, которому уже исполнилось двадцать пять, снова был доставлен в лечебницу. На этот раз - из Центрального парка, где он, взобравшись на постамент, увлеченно произносил речь перед несуществующей аудиторией.
Collapse )

Побег из ненавистного рая. Эди Седжвик.

Детство братьев и сестер Седжвик, на первый взгляд, было вполне безмятежным - на лоне природы, с семейными пикниками под птичье пение и журчание ручьев... Однако родители не поощряли общение детей со сверстниками, и поэтому предпочли дать им домашнее образование. Семья жила по особым правилам, установленным отцом, за которым всегда оставалось последнее слово. Он лично составлял расписание занятий и выбирал развлечения для часов досуга. Независимая по характеру, Эди чувствовала себя пленницей в родительском мирке, где абсолютно все было подчинено их воле. Спасение она находила в мечтах и обожаемой верховой езде. Когда Эди было чуть больше года, отец впервые посадил ее на лошадь, и у малышки от восторга перехватило дыхание. Едва научившись держаться в седле, Эди часто отправлялась на прогулки верхом - и выбирала самые нелегкие маршруты. Бесшабашная наездница гнала во весь опор и наслаждалась захватывающим чувством опасности, воображая, будто наконец вырывается из родительского дома на свободу.
Когда Эди исполнилось тринадцать, отец отправил ее в одну из школ Сан-Франциско. Девочка почти сразу возненавидела и школу, и саму учебу. Тогда у нее впервые на нервной почве развилась анорексия: Эди практически ничего не ела и заметно исхудала. По совету врачей отец перевел ее в другую школу, за три тысячи миль от дома, но эта мера лишь ослабила ее недуг.
Надо сказать, что отношение Фаззи (так Эди называла отца) к дочери было неоднозначным: он часто грубо ругал ее, но при этом считал своей любимицей. А Эди отца скорее ненавидела, чем любила. Причин для этого было более чем достаточно, ведь он заставлял детей жить по собственным правилам, не считаясь с их желаниями. Повзрослев, Эди даже заявляла, что когда ей было семь, отец изнасиловал ее. Однако доказательств не нашлось - скорее всего, она это выдумала.
В семнадцать лет мисс Седжвик отличалась бледностью, неимоверной худобой и диким блеском глаз. Она так и не окончила школу, зато чрезвычайно гордилась своей внешностью. Больше всего на свете она любила разъезжать на спортивном мерседесе с включенным на полную мощность радиоприемником. В темных очках, откинувшись на спинку водительского кресла, девушка воображала себя кинозвездой, у ног которой - весь мир.

Джон Кейл и Эди Седжвик (1966)

The Velvet Underground: Джон Кейл и Эди Седжвик (1966)

Славный род Седжвиков. Эди Седжвик.

Эди Седжвик, избалованная девочка из богатой семьи, жила так, словно каждый ее день был последним. она умела радоваться жизни, получать от нее удовольствие, и больше всего на свете ценила остроту ощущений и свободу. Завсегдатай самых модных богемных тусовок 1960-х, Эди стала воплощением красоты и стиля той замечательной эпохи. Ее мальчишеский задор, оригинальная внешность и утонченная женственность сводили с ума знаменитого художника Энди Уорхола и культового рок-музыканта Боба Дилана. Эди прожила всего двадцать восемь лет...

Эди Седжвик

Славный род Седжвиков
Эдит Минтерн «Эди» Седжвик родилась 20 апреля 1943 года в Санта-Барбаре (штат Калифорния, США). Ее отец Фрэнсис Минтерн Седжвик, владелец ранчо и любитель искусства, происходил из богатого и благородного рода, как, впрочем, и его супруга Алиса Делано Де Лес.
Прадед Эди по отцовской линии, Теодор Седжвик, сразу после завершения Войны за независимость США 1775-1783 годов, во времена Александра Гамильтона и Джорджа Вашингтона, поселился в Стокбридже (штат Массачусетс). Он занимал пост спикера Палаты представителей Конгресса США и почетную должность главного судьи Верховного суда штата Массачусетс.
Примечательно, что именно Теодор Седжвик стал первым в истории Штатов судьей, вынесшим решение о предоставлении свободы чернокожей женщине согласно Массачусетскому Биллю о правах.
Но если политическая карьера Теодора Седжвика складывалась успешно, то в браке он был не особенно счастлив: его супруга Памела Дуайт страдала психическим расстройством. Возможно, именно ее душевное заболевание унаследовали многие потомки рода Седжвиков.
Прадед Эди по материнской линии Джесси Де Лес также был уважаемым человеком. Он владел частью Голландской Вест-Индской компании, которая в 1626-1664 годах принимала активное участие в строительстве Нового Амстердама - будущего Нью-Йорка. Еще один предок Эди, Уильям Эллери, входил в число тех, кто подписал Декларацию независимости Соединенных Штатов 4 июля 1776 года, и тоже внес немалый вклад в развитие Нью-Йорка.
Фрэнсис, отец Эди, в отличие от своих предков, на государственной службе никогда не состоял и не вел собственный бизнес. Виной тому был бич рода Седжвиков - психическая нестабильность. После свадьбы Фрэнсис с Алисой поселились в Кембридже, где он посещал бизнес-школу. Но его преследовали проблемы со здоровьем - частые нервные расстройства и приступы астмы. Когда доктора посоветовали ему сменить место жительства и род занятий, Седжвики приобрели скромное ранчо неподалеку от Санта-Барбары в надежде, что чистый воздух и спокойная обстановка пойдут Фрэнсису на пользу. Поначалу супруги планировали проводить на природе только лето, но загородная жизнь пришлась обоим по вкусу. Состояние Седжвика улучшилось, и они решили не возвращаться в город. Врачи, у которых наблюдался Фрэнсис, настоятельно рекомендовали ему не обзаводиться потомством. Однако своенравный Седжвик не прислушался к их советам. Супруга родила ему восьмерых детей. Предпоследней на свет появилась Эдит, которую так назвали в честь тети, старшей сестры матери.
Счастливые родители с удовольствием занимались воспитанием своих отпрысков и наслаждались семейной идиллией, благо в деньгах Седжвики не испытывали недостатка - дедушка Эди по материнской линии Генри Уиллер Де Лес оставил дочери внушительное состояние. К тому же в начале 1950-х годов на участке семьи Седжвик нашли нефть и пробурили почти два десятка скважин. Нежданная удача позволила им купить огромное ранчо - почти 2500 гектаров. На этой земле Фрэнсис и Алиса создали свое собственное маленькое государство и постарались оградить его от проблем внешнего мира.